Take a fresh look at your lifestyle.

Невозможность точного определения понятия

Слова необходимы для реализации воли к общению, и говорящий отбирает слова, именно исходя из этой первоочередной задачи. Но воля к общению не исчерпывается соответствующим содержательным наполнением сознания, даже в той степени, в которой оно коммуникативно значимо для говорящего и интересно для слушающего.

Но тот кто с особым

Нередко говорящему приходится впоследствии сожалеть о том, что он не сказал больше, а слушающий с радостью узнал бы больше, чем услышал на самом деле. Это происходит из-за того, что представления и понятия, которыми мы мыслим, всегда окружены плотным слоем дополнительных представлений, чувств, настроений, которые охватывает нашу волю к общению: великий американский психолог Джеймс, который впервые подробно описал точное определение понятия, назвал его «бахромой».

Невозможность точного определения любого понятия состоит в том, что в лучшем случае она лишь показывает, что сознательно включено в это понятие, но ничего не говорит о том, что неосознанно исключено из него. Дефиниция рассказывает лишь об увиденном, но не о той границе, которая отделяет говорящего от того, что не произошло или было не замечено.

Порой для полного понимания речи столь же важно знать, что говорящий хотел сказать, сколь и то, чего он не смог сказать, потому что он об этом даже и не думал. Но тот, кто с особым вниманием стремится проникнуть в речь, извлечет из нее намного больше, чем то, что должен выразить грубый и неуклюжий инструмент слов. Подобно тому, как в музыке лишь обертоны сообщают основному звучанию определенный оттенок, так и в наших словах ощутимы психологические обертоны, которые наравне с волей к общению обнаруживают, что движет нашей душой и насколько широк наш кругозор. Совершенно неосознанно и помимо нашей воли и ведения содержимое человеческого сознания проявляется в самых незначительных предлогах и союзах, в построении предложения, в интонации, в том, как человек держит себя при разговоре; остальное объясняется личными взаимоотношениями и сопутствующими обстоятельствами; так же и границы сознания можно определить благодаря тому, что говорящий высказался иначе, чем если бы думал о чем-то определенном.

Любая драматическая театральная постановка состоит лишь в том, что действующие лица своей речью и действиями раскрывают свою сущность больше, чем хотят высказать словами, а порой даже больше, чем они сами о себе знают. Шекспир, Расин, Ибсен достигли в этом мастерства, недоступного для кого бы то ни было еще.

 

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (18 votes, average: 4,70 out of 5)

Но тот кто с особым

Нередко говорящему приходится впоследствии сожалеть о том, что он не сказал больше, а слушающий с радостью узнал бы больше, чем услышал на самом деле. Это происходит из-за того, что представления и понятия, которыми мы мыслим, всегда окружены плотным слоем дополнительных представлений, чувств, настроений, которые охватывает нашу волю к общению: великий американский психолог Джеймс, который впервые подробно описал точное определение понятия, назвал его «бахромой».

Невозможность точного определения любого понятия состоит в том, что в лучшем случае она лишь показывает, что сознательно включено в это понятие, но ничего не говорит о том, что неосознанно исключено из него. Дефиниция рассказывает лишь об увиденном, но не о той границе, которая отделяет говорящего от того, что не произошло или было не замечено.

Порой для полного понимания речи столь же важно знать, что говорящий хотел сказать, сколь и то, чего он не смог сказать, потому что он об этом даже и не думал. Но тот, кто с особым вниманием стремится проникнуть в речь, извлечет из нее намного больше, чем то, что должен выразить грубый и неуклюжий инструмент слов. Подобно тому, как в музыке лишь обертоны сообщают основному звучанию определенный оттенок, так и в наших словах ощутимы психологические обертоны, которые наравне с волей к общению обнаруживают, что движет нашей душой и насколько широк наш кругозор. Совершенно неосознанно и помимо нашей воли и ведения содержимое человеческого сознания проявляется в самых незначительных предлогах и союзах, в построении предложения, в интонации, в том, как человек держит себя при разговоре; остальное объясняется личными взаимоотношениями и сопутствующими обстоятельствами; так же и границы сознания можно определить благодаря тому, что говорящий высказался иначе, чем если бы думал о чем-то определенном.

Любая драматическая театральная постановка состоит лишь в том, что действующие лица своей речью и действиями раскрывают свою сущность больше, чем хотят высказать словами, а порой даже больше, чем они сами о себе знают. Шекспир, Расин, Ибсен достигли в этом мастерства, недоступного для кого бы то ни было еще.

 

" />
Загрузка...
You might also like

Comments are closed.